04/06 "Нарвская Газета"

Как Лой Хендерсон заработал эстонский Крест Свободы

Капитан Лой Хендерсон был одним из тридцати пяти офицеров американской армии, которые были награждены Крестом Свободы во время Освободительной войны. Также Крестом были награждены восемь американских дипломатов.

Хендерсон участвовал в войне в составе Американского Красного Креста, в то же время многие американские офицеры «работали» на эстонском фронте в качестве военных советников. После того как в 1917 году Штаты вступили в войну, Американский Красный Крест был милитаризован и брошен в пекло конфликта. Члены организации, которые согласились работать в зонах боевых действий, были произведены в офицерские чины специальным приказом военного секретаря: работа на передовой не могла бы идти без погонов и лычек – дисциплину в армии никто не отменял. Характерно и то, что где бы и с кем они не воевали, они носили форму американской армии.

В Эстонии офицеры Креста осуществляли медицинские операции и работали в прифронтовых госпиталях, на протяжении последнего периода Освободительной войны. Эти ребята действительно отличились, поскольку линия фронта постоянно смещалась, то тут, то там вспыхивали эпидемии. Несмотря на то что санитары не были вооружены, их работа, зачастую, была опаснее, чем у кадровых солдат и офицеров. Правительство Эстонии отдало долг их самоотверженному труду, наградив три десятка офицеров Американского Красного Креста орденами аналогичной эстонской организации. Двадцать из них также были награждены эстонским Крестом Свободы, причем двое из них - посмертно.

Боевой путь Американского Красного Креста в Эстонии

Лой Хендерсон и его близнец Рой родились, с разницей в несколько минут, 28-го июня 1892-го года неподалеку от городка Роджерс, штат Арканзас. Когда им было по девять лет, Лой, играя во дворе, сломал правую руку. Поскольку местный доктор был не на высоте, она срослась неправильно, и это в дальнейшем, в момент, когда Америка вступила в первую мировую войну, разделило двух братьев. Только старший – Рой - был допущен на офицерские курсы, а Лой, проучившись один год в Денверском университете и узнав там о той работе, которую выполнял Красный Крест в Европе, записался в него добровольцем летом 1918-го года. Это жизнеопределяющее решение навсегда привязало его к Балтике и во многом определило его успешную карьеру по линии международных отношений. Рой же так и не добрался до Европы – в учебном лагере ему отбили почку, и врачи вынуждены были ее удалить. Может, оно и к лучшему.

Первой работой лейтенанта Лоя Хендерсона была подготовка израненных и измочаленных американских солдат к отправке домой. После этого, уже повышенный в звании до капитана, он был отправлен в Берлин. Там Лой контролировал процесс отправки пленных русских солдат обратно домой. Среди тех ребят, которым они помогали вместе с другими парнями из Креста, были 1758 эстонцев, 9970 литовцев, около 1500 латышей и 24753 русских. Именно в это время, в 1919-ом году, Хендерсон в первый раз посетил Литву и Латвию.

Увидев в каком бедственном состоянии находились страны балтийского региона, Хендерсон добровольно вступил в «Комиссию по делам Западной России и Балтийских стран», которая была подразделением Американского Красного Креста. Стоит отметить, что Хендерсон поехал в Балтию вместо того, чтобы вернуться домой. В течение двух последующих лет он поработал во всех трех Балтийских странах. Вместе с шестью десятками своих коллег, докторами, сестрами капитан Хендерсон исполнял свой долг в разоренной Эстонии.

Рискуя жизнью в Эстонии

Лой приехал в Нарву в феврале 1920-го года, за несколько дней до того как Советская Россия и Эстония подписала мирный договор. В то время как война была закончена, Эстония старалась побыстрее справиться с ее последствиями. Армия Юденича, разбитая под Петроградом, отступила к Нарве. Вместе с ранеными и деморализованными солдатами пришел тиф. Эстонское правительство назначило Красный Крест ответственным за борьбу с эпидемией, и Хендерсон вместе с тремя своими коллегами - капитаном Уилбуром Хауэлом, лейтенантом Клиффордом Блантоном и лейтенантом Джорджем Уинфилдом организовал карантинную зону вокруг Нарвы. Это была невероятно опасная работа – ведь до того, как будет разработана вакцина от тифа, оставалось еще десять лет, а уровень смертности от этого заболевания достигал 60 процентов! Во время и после первой мировой войны эта болезнь унесла около трех миллионов жизней в одной только России.

В то время как русские офицеры и солдаты отказывались подчиняться своим эстонским тюремщикам, Хендерсон возглавил огромный полевой госпиталь, находившийся под Нарвой. Отступая, Красная Армия сняла все оборудование с Кренгольмской фабрики, и ее пустые цеха, вместе с Нарвской и Ивангородской крепостями, стали огромными полевыми госпиталями.

Увидев, в каком состоянии пребывали войска Юденича, Хендерсон был шокирован. В своих мемуарах «Вопрос доверия» (A Question of Trust, 1986) он описывает свое первое посещение Кренгольма: «Несколько сотен человек лежали на полу без всякого порядка. Одетые в лохмотья – то, что осталось от старого имперского обмундирования или просто завернутые в тряпки, кто-то лежал или был завернут в старые одеяла. Множество пар глаз, обрамленных бородами и космами, уставились на нас; кто-то смотрел с надеждой, другие - со злостью, у кого-то глаза горели лихорадочным огнем тифозного кризиса.

Хендерсон продолжает: «Их космы и бороды были серого цвета, и в них было заметно странное шевеление. Капитан Робинсон указал нам на серую тучу, которая постепенно подползала к спящему человеку. То были вши, слезшие с убитого ими солдата и искавшие новую жертву» - именно через вшей тиф передавался от человека к человеку. Поначалу задача казалась просто невыполнимой, но день за днем ребята работали, ведь кроме Кренгольма, по окрестностям Нарвы было разбросано еще несколько десятков госпиталей, в которых тиф также пожирал русских солдат.

Один из рапортов Американского Красного Креста описывает систему, которая использовалась в то время для борьбы с заразой: «В тесном сотрудничестве с эстонскими санитарами мы начали организовывать специальные команды для помощи русским солдатам. В первую голову следовало показать, с какой стороны нужно подойти к пациентам, которые были беспомощны и которыми никто не занимался в течение нескольких недель. Следовало побрить и постричь людей, вымыть их и отнести обратно в кровати, которые в это время были обеззаражены и устланы чистыми простынями. По примеру американцев, солдаты, из тех, кто был поздоровее, организовывались в команды по пятьдесят человек и мылом и дезинфицирующими средствами обрабатывали больных, белье и сами здания временных госпиталей».

Русские санитарные команды, сформированные из тех, кто пережил тиф, «обезвредили» девять тысяч человек и очистили от тифа восемьдесят госпитальных зданий. Используя опыт американских «крестников» и средства, предоставленные Американским Красным Крестом, эстонское правительство организовало четыре тысячи человек на борьбу с эпидемией, которая угрожала перекинуться на едва начавшую вставать на ноги страну.

Успех в борьбе с тифом стоил многих жизней как со стороны русских солдат, так и со стороны эстонских и американских санитаров. Проработав все время с тифозными больными, капитан Хендерсон и его коллеги сами слегли с сильным жаром и известным диагнозом. В горячечном бреду Хендерсон видел своего брата и, думая, что ему уже не выкарабкаться, прощался с призраком – ему даже казалось, что брат гладит его по плечам и жмет ему на прощание руку. Хендерсон и Уилбур выжили, в то время как Блантон и Уинфилд не пережили кризиса. Блантон отошел в мир иной 26 марта 1920 года, а Уинфилд умер два дня спустя, с именем своей жены на устах. Все четверо были награждены Крестом Свободы. Проезжая через Таллинн, Хендерсон получил телеграмму, которая известила его о том, что его брат Рой умер от острой почечной недостаточности в тот день, когда он видел его в бреду. То есть на самом деле тогда умирал не сам капитан Хендерсон, а его брат-близнец.

Последний подарок

В 1922 году Хендерсон пошел на международную службу. Во многом на это решение повлияло то, что он видел и пережил в Эстонии. За сорок лет работы в «международке» Хендерсон побывал послом в Ираке (1943-1945), Индии (1948-1951) и Иране (1951-1954), также он работал в Латвии (1927-1930), будучи при этом аккредитован в Эстонии и Литве.

В Риге Хендерсон познакомился с Эльси Мари Хайнриксон, на которой вскоре женился. В Москве (1934-1938) он работал с Джорджем Кинанном и Джоном Уили, который оказался последним предвоенным министром Латвии и Эстонии (1938-1940). В качестве главного ассистента по европейским делам Хендерсон завершил свою работу в Балтийских странах. Основываясь на данных, полученных от Уили, он убедил секретаря Сумнера Уэллеса подписать ноту о непризнании, на основе которой Соединенные Штаты Америки так никогда и не признали факта добровольного вступления Эстонии, Латвии и Литвы в Советский Союз.